Алексеев история крепостного мальчика читать краткое содержание. Главный герой книги

30.04.2021

Перепугался Митька еще больше. Потом успокоился, прилег и заснул.

И приснился Митьке сон, что он дома. Отец что-то стругает, мать пряжу крутит. Дома тепло, хорошо.

Сидит на печи кот Васька, одним глазом на Митьку смотрит и как бы говорит: «А гуси, они ведь не страшные». Подходит Митька к коту, хочет погладить. Смотрит, а это вовсе не кот, а барыня Мавра Ермолаевна. Вскрикивает Митька, просыпается, а перед ним и впрямь стоит барыня, розги в руках держит.

Нашлись все же розги! Приехала Мавра Ермолаевна из церкви, легла спать, а ей в бок что-то колет. Сунула руку под перину - розги!

Била Митьку барыня тут же, прямо в гусятнике.

А утром стала Мавра Ермолаевна гусей кормить и нашла своего любимого гусака мертвым. И снова пороли Митьку. На этот раз долго и больно.

Первые дни жил Митька с Архипом и Варварой в каморке при баньке. А потом взяла барыня мальчика к себе в дом. Стал Митька у нее в услужении.

Целый день барыня Митьку то туда, то сюда…

Только и слышится:

Митька, в погреб сбегай!

Митька, половик стряхни!

Митька, где ты? Ми-и-тька!

А вечером ляжет барыня спать и заставляет чесать себе пятки. Чешет Митька, чешет, пальцы устанут, а Мавра Ермолаевна все не засыпает.

Наконец заснет. Свернется и Митька, как щенок, калачиком Только закроет глаза, слышит:

Митька, воды подай!

Митька, туфли найди!

И так до утра.

Или у барыни бессонница начнется. И опять Митьке не спать. Требует барыня, чтобы Митька ей разные истории рассказывал. Уж он ей и про королевича Бову расскажет, и про серого волка, и про господ Воротынских, и про старосту Степана Грыжу. А барыня - давай еще.

Днем-то барыня отоспится, а Митьке опять дело. Заставит Мавра Ермолаевна его пшено перебирать или горох растирать. Сидит Митька, глаза слипаются, спать хочется, но трет горох перебирает пшено.

А как-то легла барыня после обеда и заставила Митьку сушить валенки.

Да смотри, - говорит, - не спи! Валенки, они новые, далеко в печь не засовывай.

Сидел, сидел Митька возле валенок и вдруг заснул. Проснулся оттого, что горелым запахло. Сунулся в печь, а от валенок одни верха остались. От горелого проснулась и барыня.

Митька! - закричала. - Митька, чего горелым пахнет!

Прибежала Мавра Ермолаевна, смотрит - у Митьки в руках одни верха от валенок.

И снова Митьку били. Всыпала ему барыня розог и приговаривала:

Тебе что, ночи мало? Тебе еще и днем спать, паршивец, ненасытная твоя душа!

И стало Митьке невмочь. Забьется куда-нибудь, плачет. Родную Закопанку, отца, мать, кота Ваську вспомнит.

Тяжело Митьке…

Решил он бежать из господского дома. Стал потихоньку на дорогу собирать сухари. Прятал их в коровник, под стойлом. Потом стал дорогу выспрашивать осторожно. Заговорил вначале с Архипом.

Дядя Архип, а Чудово отседова, видать, далеко-далеко? - спросил Митька.

Далеко, - ответил Архип. Потом почесал свою кудлатую бороду, подумал и еще раз сказал: - Далеко-о!

Снова почесал Архип свою бороду, снова подумал и ответил:

Больше от него Митька ничего не узнал. Тогда он решил поговорить с Варварой.

Село Чудово? - переспросила она. - Есть такое село. Только далеко ли оно, не ведаю. Я дале трех верст отсель не бывала. Ты спросил бы у Архипа - он человек знающий.

Понял Митька, что и от Варвары проку не будет, решил выведать про дорогу у самой Мавры Ермолаевны.

Выждал Митька, когда барыня была в добром настроении, и спросил:

Барыня, а куда та дорога, что мимо усадьбы лугом идет?

На мельницу, - сказала барыня.

А та, что через мост, на тот берег реки?

Но барыня не ответила. Отвлекли Мавру Ермолаевну какие-то дела.

Через несколько дней Митька опять к ней с тем же вопросом.

Посмотрела Мавра Ермолаевна на Митьку, потом взяла за ухо и спросила:

Дорога? А зачем тебе знать дорогу?

Митька растерялся.

Так я так, барыня… - начал Митька.

Я те дам «так»! - перебила Мавра Ермолаевна. - Ты у меня смотри, опять розог захотел?.. Архип, Архип! - позвала. - Дай-ка розгу, я покажу, какая дорога куда ведет.

А через несколько дней барыня, зайдя в коровник, нашла Митькины сухари.

Подивилась барыня, а потом поняла.

И снова в этот день Митьку били. Отлеживался он в баньке, стонал и все выговаривал:

Убегу… убегу…

Присаживалась к нему Варвара, по голове гладила.

Ить, родненький, - говорила, - и куда ты отсель побежишь? Дороги отсель тебе нету.

Глава вторая

Граф Гущин

Чтобы попасть в поместье графа Гущина, надо было из села Чудова ехать три версты полем, а потом еще десять лесом. А когда кончался лес и дорога выходила к реке, то, проехав мосток, надо было обогнуть усадьбу помещицы Мавры Ермолаевны, взять направо и ехать еще две версты по старинному парку, по липовой, ровной, как стрела, аллее.

И вот только тогда вырастал из-за деревьев большой господский дом с шестью белыми колоннами, флигелями, барскими конюшнями, псарней и прочими дворовыми постройками. Это и было новгородское поместье графа Алексея Ильича Гущина - Барабиха. А кругом Барабихи, не охватишь глазом, лежали графские земли. И лес, что стеной стоял на горизонте, был графский. И луг, что зеленым ковром тянулся вдоль берега реки, графский. И села, что раскинулись кругом, словно жуки расползлись, были графские. И люди, что жили в этих селах, - тоже графские. Двадцать тысяч душ крепостных имел граф Гущин. Да и имение у Гущина не одно. Были графские земли еще под Смоленском и под Орлом, а в Питере, на Невском проспекте, стоял высокий, с каменными львами при входе дом Гущина. Здесь-то и жил сам граф. А в Барабиху наведывался всего раз в год. Приезжал осенью или зимой. Жил несколько дней и опять уезжал в Питер.

Все остальное время старшим в Барабихе был управляющий Франц Иванович Нейман. Лет десять назад, будучи послом в Пруссии, граф Гущин привез тамошнего кучера Франца Неймана с собой в Россию. Нейман был расторопен, услужлив. Граф подумал и назначил немца своим управляющим.

Вместе с графом съезжались в Барабиху человек до тридцати разных господ. Устраивались развлечения. Каждый год новые. То охоту на медведей придумают, да еще так, чтобы обязательно живых изловить. То кулачные бои меж мужиками, да так, чтобы непременно кого-нибудь насмерть. То санные катания. А вместо лошадей впрягут в розвальни молодых парней и девок и наперегонки заставляют бегать. Потом призы вручают тому, кто пришел первым. Только призы давали не тем, кто вез, а тем, кто сидел в розвальнях и погонял.

А тут сообщил граф своему управляющему, что приедет на Новый год. И к приезду нужно организовать театр. Граф писал, что артистов пришлет из Питера. А управляющему наказывал, чтобы он набрал из местных мужиков и баб людей, склонных к пению и играм на инструментах, и чтобы к его приезду был в имении свой хор и оркестр. Однако о театре и о музыке немец имел понятие малое.

То-то задал граф Гущин задачу своему управляющему!

Говорила Варвара, что не уйти Митьке от Мавры Ермолаевны. А получилось иначе. Только не так, как он сам думал.

По весне, как только появилась на лугу трава, барыня приставила Митьку к новому делу - пасти гусей.

Сделал Архип Митьке дудку. «Это, - сказал, - для каждого пастуха вещь первейшая». Варвара сшила торбу для хлеба, напутствовала: «Только смотри далеко от гусей не отходи. И упаси боже, чтоб в графские хлеба не зашли! Не ровен час, увидит сам Франца Иваныч, ужо тогда тебе будет».

А про немца Митька уже слышал, и не раз, и все недоброе.

«Этот Франца, - говорил Архип, - скупее свет не видывал. Он лошадям и то корм сам отсыпает».

Сергей Алексеев

Мне часто задают вопрос: как я стал писателем?

В детстве мечтал о многих профессиях. Хотел быть сельским извозчиком, пожарником, геологом, моторостроителем, дипломатом. Но никак не думал, что начну писать книги для детей. Многое в жизни происходит случайно…

Родился я в 1922 году, на Украине, в семье сельского врача. Моя родина - это та часть Украины, которую называют Подолией. Это удивительный край, населенный прекрасными людьми, край, полный грозных исторических событий, примечательных легенд и преданий. Здесь пробушевали освободительные войны Богдана Хмельницкого. Соревновались благородство и боевая удаль украинских казаков, так чудесно воспетых в «Тарасе Бульбе» Гоголем. Здесь зародилось Южное общество декабристов и совершил свой героический поход в поисках «чудо-свободы» легендарный Черниговский полк. Через мое родное село промчались с оголенными шашками красные конники Семена Буденного, прорывая вражеский фронт, а затем прошли суровые битвы Великой Отечественной войны. В соседнем селе Борщаговке был казнен Кочубей - враг Мазепы, сторонник Петра и союза с Россией. В другом селе - Верховне, в имении польских магнатов Ганских провел самые счастливые годы своей жизни великий француз - писатель Оноре де Бальзак.

История. История. История. Она дышала с соседних полей и стала первой моей любовью.

Вторая любовь - авиация. Моя юность совпала с тем героическим временем, когда усилиями своих летчиков наша страна прорывалась в небо. Вот лишь некоторые имена отважных: Валерий Чкалов, Михаил Громов, совершившие перелеты через Северный полюс в Соединенные Штаты Америки; наши героини- летчицы Валентина Гризодубова и ее подруги, стремительно пронесшиеся через всю страну без посадки от Москвы до восточных берегов нашего государства. Полярные летчики, ставшие первыми Героями Советского Союза, спасшие знаменитых челюскинцев из ледового плена Северного студеного океана.

Тысячи моих сверстников хотели стать летчиками. Мечтал и я. Еще будучи школьником, научился летать, пусть и на маленьком, пусть по нынешним временам и на тихоходном, но настоящем самолете. Потом стал курсантом военно-авиационной школы пилотов. Вскоре началась Великая Отечественная война. Наша школа находилась недалеко от германской границы. В первый же день войны мы вступили в неравный бой с фашистами, Почти все наши самолеты и многие мои товарищи погибли. Начались тяжелые дни отступления. Я уцелел и от смерти, и от плена. Был направлен в новое летное училище. Закончил его, стал летчиком-инструктором, то есть начал учить летному делу других.

Думал, что с авиацией будет связана вся моя дальнейшая жизнь. Но… Летная работа - не безопасное дело. Беда не обошла и меня. После тяжелой аварии последовал безжалостный приговор врачей: «К полетам не годен». С той поры прошло много лет. Но до сих пор, услышав гул самолета, я непременно поднимаю голову вверх. Секунда - и я уже там: парю в высоте. Кругом небо, простор. И бежит, бежит, пробегает внизу земля…

В гражданскую жизнь я вступил с дипломом историка. Будучи летчиком, заочно закончил исторический факультет педагогического института. В те годы в стране проводился конкурс на создание нового школьного учебника истории СССР для начальной школы. Я принял участие в этом конкурсе и вместе с профессором В. Г. Карцевым вышел победителем. Случайно учебник попал в руки к замечательному детскому писателю Сергею Михалкову, и он посоветовал мне написать книгу исторических рассказов для детей. Я попробовал. Книга получилась. Ее издали. Это была книга о царе Петре I «Небывалое бывает». Тут же я написал вторую книгу - «История крепостного мальчика». Ее тоже издали, и в том же году я был принят в члены Союза писателей. Так, не думая, не гадая, я и стал писать исторические книги для детей. Пишу уже многие годы. Книги издавались и переиздавались. Переводились на многие иностранные языки.

В ваших руках одна из таких книг. Называется она «Сто рассказов из русской истории». Книга начинается с рассказов о царе Иване IV Грозном. Это был один из выдающихся государей. При нем наша страна окрепла, расширилась. Стали строиться новые города. Архангельск, Самара, Курск, Воронеж, Саратов, Царицын (современный Волгоград) и многие другие были заложены именно при царе Иване IV. При нем появилась на Руси первая печатная книга. Была составлена первая географическая карта России, присоединилась к России Сибирь. Много и другого произошло в нашей стране в годы царствования Ивана IV. Был он человеком суровым, требовательным. Не зря назвали его Грозным. И еще одно: до царя, Ивана IV, правители России носили титул великих князей. Вступив на престол, великий князь Иван IV первым назвал себя царем. С него и пошли в России цари.

В XVII веке в России прокатилась волна народных восстаний. Волнения охватили Дон, почти всю Волгу. Восставшие пошли войной против тогдашних порядков. Во главе недовольных стоял решительный донской казак Степан Тимофеевич Разин. С большим трудом царским войскам удалось справиться с непокорными. «Рассказы о Степане Разине, казаках и восставшем народе», которые составили вторую главу этой книги, и познакомят вас с теми неспокойными годами.

Огромную роль в истории нашей страны сыграла деятельность русского царя Петра Первого, названного Великим. О первых годах его царствования, о борьбе с врагами за выходы к берегам Балтийского моря, об основании города Санкт-Петербурга, о строительстве новых заводов и фабрик, о выходе первой русской газеты, о том, как учились на Руси в годы правления Петра Первого, и о многом другом вы прочтете в третьем разделе книги, который называется «Рассказы о царе Петре и его времени».

Одним из самых любимых героев русской истории был и остается наш великий полководец Александр Васильевич Суворов. Это он учил русских солдат побеждать «не числом, а умением». Говорил: «Храбрый всегда впереди, трусишку и позади убивают», «Сам погибай, а товарища выручай», «Чем меньше войска, тем больше храбрых». О том, как Суворов умел побеждать врагов, как штурмовал турецкую крепость Измаил, как в семьдесят лет совершил героический переход со своими солдатами через высокие Альпийские горы, а также о том, почему так любили Суворова солдаты и так боялись враги, вы узнаете из четвертой главы «Рассказы о Суворове и русских солдатах».

Тяжелое испытание на нашу родину выпало в 1812 году. На Россию обрушились войска французского императора Наполеона I. Враги шли завоевывать Москву. Началась Отечественная война 1812 года. Во главе русской армии был поставлен фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов. «Приехал Кутузов бить французов», - говорили русские солдаты. Русские разгромили Наполеона, гнали неприятелей через всю Европу до самой французской границы и победителями вступили в столицу Франции город Париж («Рассказы об Отечественной войне 1812 года»).

Последний раздел книги называется «Рассказы о декабристах». Долгое время в России существовало крепостное право. Многие миллионы жителей нашей страны - крестьяне - принадлежали помещикам. Крепостных крестьян можно было купить, продать, обменять, запороть до смерти, В России нашлись люди, которые выступили против таких порядков. Они хотели уничтожить царскую власть в России и дать крестьянам свободу. Восстание против царя произошло в декабре 1825 года. Поэтому его участников стали называть декабристами. Однако силы были неравными. Царь разгромил восставших. Пятеро из них были казнены. Многие отправлены в далекую Сибирь на каторгу. Через тридцать шесть лет после восстания декабристов крепостное право в России было отменено.

Дорогие ребята! Перед вами книга для тех, кто любит родную историю, кто гордится нашим великим прошлым, кто, став взрослым, и сам не пожалеет своих сил для создания на нашей древней земле богатого и справедливого государства.

Успехов вам и здоровья.

"Сколько стоит мальчик?" - "Какой нелепый вопрос! - скажете вы. - Разве мальчики продаются?! Разве можно торговать людьми!"

А ведь это было.

Было это во времена крепостного права, когда помещики могли продавать и покупать людей, как вещи.

В этой повести рассказывается о том, как жили в России более двухсот лет назад.

Давайте мысленно перенесемся с вами в те времена. Митя Мышкин - главный герой повести - мальчик, которого продали. Судьба его удивительна и необычайна.

Вместе с ним вы побываете у барыни Мавры Ермолаевны, попадете к графу Гущину, познакомитесь с девочкой Дашей, поедете на войну... Впрочем, не будем забегать вперед. Ведь обо всем вы узнаете, прочитав повесть.

Произведение относится к жанру Книги для детей, История. Исторические науки. Оно было опубликовано в 2007 году издательством Стрекоза. Книга входит в серию "Внеклассное чтение". На нашем сайте можно скачать бесплатно книгу "История крепостного мальчика" в формате epub, fb2 или читать онлайн. Рейтинг книги составляет 3.87 из 5. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

История крепостного мальчика

«Сколько стоит мальчик?» – «Какой нелепый вопрос! – скажете вы. – Разве мальчики продаются?! Разве можно торговать людьми!»

А ведь это было.

Было это во времена крепостного права, когда помещики могли продавать и покупать людей, как вещи.

В этой повести рассказывается о том, как жили в России почти двести лет назад.

Давайте мысленно перенесемся с вами в те времена.

Митя Мышкин – главный герой повести – мальчик, которого продали. Судьба его удивительна и необычна.

Вместе с ним вы побываете у барыни Мавры Ермолаевны, попадете к графу Гущину, познакомитесь с девочкой Дашей, поедете на войну… Впрочем, не будем забегать вперед. Ведь обо всем вы узнаете, прочитав повесть.

Глава первая
Барыня Мавра Ермолаевна

Родное село

Село называлось Закопанка. Стояло оно над самой рекой. С одной стороны начинались поля. Уходили они далеко-далеко, куда глаз видел. С другой – был парк и усадьба господ Воротынских. А за рекой, за крутым берегом, шел лес. Темный-темный… Страшно было в лесу, а Митька бегал. Не боялся, хотя и фамилия у него была Мышкин.

Прожил Митька в Закопанке десять лет, и с ним ничего не случалось. И вдруг…

Как сейчас, помнит Митька то утро. Прибежала в избу дворовая девка Маланья, закричала:

– Аксинья, Аксинья, барыня Кузьму кличут!

Собрался отец, ушел. А когда вернулся, страшно и посмотреть: осунулся, посерел. Отозвал Кузьма Аксинью за дверь и стал о чем-то шептаться. Митька приложил ухо к двери. Только о чем говорил отец, так разобрать и не смог. И лишь по тому, как заплакала мать, как заголосила на разные лады, понял: случилось недоброе.

– Тять, тять! – приставал Митька к отцу. – Скажи, что такое, а тять?

Только отец стал какой-то недобрый, всё отмахивался и ничего не говорил.

А вскоре прибежали Митькины дружки, позвали на улицу.

– Митяй, а вас продают! – закричали ребята. – И Гришку продают, и Маньку продают, и Савву одноглазого продают!

Митька сначала и понять не мог, а потом понял. Вспомнил: год назад тоже продавали. Все плакали. Только продавали тогда кого-то другого, не Митьку, а теперь, выходит, его продавать будут. А как, он и не знал. И зачем продавать? Митьке и здесь неплохо.

Продали

Шумно, празднично в воскресный день на ярмарке в большом селе Чудове. Скоморохи прыгают, гармоника играет, распевают песни подвыпившие мужики. И всё разумно на ярмарке. Ряды идут по базарной площади. В одном ряду гусей и разную птицу торгуют, в другом стоят возы с мукой и зерном, в третьем продают огородную мелочь. А дальше идут скотные ряды. Тут коровы, козы, овцы… А рядом со скотным и еще один ряд.

Здесь продают людей.

Выстроились в ряд мужики и бабы, а перед ними прохаживаются баре да управляющие – те, кто ведет торг.

Подходят господа к мужикам, меряют с ног до головы взглядом, заставляют открывать рот – зубы смотрят, ладони рассматривают. Потом торгуются.

На базар в Чудово привезли и закопанских мужиков.

Сгрудились они в одну кучу, стоят, как овцы. Смотрит Митька по сторонам: и боязно и интересно.

Рядом с Митькой по одну сторону – мать и отец, по другую – Кривой Савва…

– Ты чуть что – реви, – поучает Савва Митьку. – Баре, они ох как слёз не любят! Может, не купят.

Однако реветь Митьке нет надобности. Продает закопанских мужиков староста Степан Грыжа. Кричит Грыжа, нахваливает товар. Да только к закопанским мужикам никто не подходит.

– Сегодня покупателев нет, – сказал Савва. – Мужик к осени не в цене.

Успокоился Митька, осмелел, стал в носу ковырять: ждет, когда повезут назад, в Закопанку.

Да только под самый конец базара появилась в людском ряду старая барыня. А за барыней, словно на привязи, шел мужик. Борода нечесаная, рожа заспанная, в руках кнут. Прошла барыня по людскому ряду раз, два, взглянула на Митьку и остановилась. Грыжа сразу ожил.

– Добрая баба! – заговорил, показывая на Митькину мать. – И мужик при ней. Баба смирная, работящая.

А барыня только на Митьку смотрит и ничего не говорит.

– Добрая баба… – опять начинает Грыжа.

– Но, но! – прикрикнула барыня. – Ты мне зубы не заговаривай. Мальчишкой мы интересуемся.

Замялся староста, умолк: неудобно как-то мальца одного продавать.

А барыня снова:

– Ты что, язык проглотил? Сколько мальчишка, спрашиваю?

Замер Митька, ждет, что скажет Грыжа. А Кривой Савва Митьку в бок: мол, пора, пускай слёзы. Взвыл Митька, как под ножом, – даже Грыжа вздрогнул. А барыня хоть бы что. Подошла, Митькины руки пощупала, в рот заглянула, за ухо подергала.

– Так сколько? – снова спросила Грыжу.

Помялся староста, а потом решил: хоть какая, да прибыль, – проговорил:

– Пять рублей.

– Что?! Да ты где такие цены, бесстыжий, выискал! Два с полтиной.

– Четыре, – скинул Грыжа.

– Три, – набавила барыня.

Однако Грыжа уперся. Ушла барыня. Кривой Савва толкнул Митьку; тот смолк, вытер слёзы, даже улыбнулся.

Но барыня не отступилась. Походила, потолкалась по рядам, вернулась снова. Стала около Митьки.

– Ест много? – спросила Грыжу.

– Ест? – переспросил староста. – Да не, чего ему много есть. Мало ест, больше пьет воду.

– Так какой он мужик, раз ест мало, – сказала барыня.

Понял Грыжа, что дал маху, стал выкручиваться:

– Так это он зимой ест мало, когда работы нет. А летом – у-у, что птенец, прожорлив!

Барыня снова ощупала Митьку, осмотрела со всех сторон, сказала:

– Три. Красная цена ему три.

За три рубля и отдали Митьку.

Взял нечесаный мужик, что был с барыней, мальчика за руку, дернул. А Аксинья, Митькина мать, как заголосит, как бросится к сыну.

– Дитятко мое! – запричитала. – Ох, люди добрые, сил моих нет… – Прижала к себе Митьку. – Не пущу, – кричит, – не отдам!

Подбежал Грыжа, оттолкнул Аксинью. А бородатый мужик обхватил Митьку, приподнял, словно куль, взвалил на плечи.

– Ой, ой! – взвыла Аксинья и вдруг смирилась; обмякла, осела и рухнула на землю.

Забился Митька, как карась на уде, заколотил по спине нечесаного мужика ногами. А тот лишь прижал крепче и потащил к выходу.

Впереди, поднимая подол длинного платья, шла барыня. Сзади голосила мать. А на площади прыгали скоморохи, играла гармоника и подвыпившие мужики тянули песню…

Как жили

Была барыня Мавра Ермолаевна помещицей из бедных. Жила одна, детей не имела. И был у нее всего один дом, десятина земли да две души крепостных – кучер Архип и кухарка Варвара.

Когда-то был у Мавры Ермолаевны муж. Служил офицером в армии, да погиб на войне. Получала теперь барыня пенсию. С нее и жила. Стоял дом Мавры Ермолаевны на взгорке, у реки, в самый притык к полям графа Гущина.

Дом барыни был малый – в три комнаты. Во дворе стояли хлев для коровы, сарай для лошади и гусятник. И еще во дворе была банька, при ней-то Архип и Варвара жили. А около баньки росла кудрявая и пушистая, единственная на весь двор березка, и висел на березке скворечник.

Жизнь в доме у Мавры Ермолаевны начиналась рано. Просыпалась барыня с рассветом. Выходила в ночном халате на крыльцо, кричала:

– Варвара! Варвара!

Выбегала заспанная Варвара; шла, помогала барыне мыться и одеваться. Пила барыня по утрам сбитень, потом ходила по подворью. Смотрела, как Архип коня чистит и солому у коровы меняет, как Варвара на кухне возится. Затем Мавра Ермолаевна шла в гусятник. Любила барыня гусей кормить.

– Гусеньки мои, гусеньки! – выводила она старческим голосом.

После обеда барыня почивала. Вставала к ужину. Проверяла, подоила ли Варвара корову. Снова пила сбитень, раскладывала карты и часов в восемь ложилась спать. И так изо дня в день.

Только в субботу день был необычный.

После обеда Архип топил баню. Мылись все вместе.

Вслед за баней начиналось главное: барыня порола своих крепостных. Летом – прямо на улице, зимой – в сенцах господского дома. Архип приносил широкую скамью, Варвара размачивала в соленой воде розги. Когда завела барыня такой порядок, Архип и Варвара не помнили. Давно это было. Привыкли.

Первым били Архипа.

Он неуклюже спускал с себя портки, задирал рубаху и ложился. Рядом становилась Варвара и подавала барыне розги. «Раз, – отсчитывала Мавра Ермолаевна, – два, три…» Двадцать ударов получал Архип.

Затем ложилась Варвара, а розги подавал Архип. Варваре, как бабе, полагалось десять ударов. Потом Архип убирал скамью, а Варвара вешала сушить розги.

После порки Архип запрягал мерина. И все ехали в церковь, к вечерне, молиться. Архип поёрзывал распухшим задом по сиденью и всё норовил привстать.

– Садись! – прикрикивала на него барыня. – Садись! Чай, не по лицу била. Нежности большой на том месте нет.

А после церкви ложились спать. Так и жили из года в год у помещицы Мавры Ермолаевны. Скучно жили.

Розги

Из-за розог и начались Митькины неприятности в новом доме.

Когда в первую же субботу после бани Архип притащил скамью и стал готовиться к порке, Митька спросил:

– Дядя Архип, а зачем розги?

– Пороть.

– Кого пороть? – удивился Митька.

– Кого? Вестимо кого: нас пороть, – ответил Архип.

– Так за что, дядя Архип?!

– Как – за что? – Архип посмотрел на Митьку, погладил свою кудлатую бороду, сказал: – Для порядку. Ну, чтоб помнили свое место, чтобы барыню уважали… А как же иначе! Иначе нельзя. Мужики, они, знаешь, народ балованный.

Смотрит Митька на Архипа, опять спрашивает:

– И меня бить будут?

– Ну а чего бы тебя не бить? – отвечает Архип. – И тебя пороть будут. С малолетства привыкать к порядку, стало быть, следует.

Больно было Митьке, когда пороли, а стерпел. И стало мальчику жалко и себя, и Варвару, и дядю Архипа. А больше всего обидно. Решил он розги спрятать. Так и сделал.

Полез в следующую субботу Архип за розгами, а их нет.

Бросился туда, бросился сюда – нет, словно и не было. Накинулась барыня на Архипа:

– За добром, ротозей, углядеть не можешь!

– Да тут они были, – оправдывается Архип и показывает на стену. – Они уже какой год тут висят, – и разводит руками.

Архип, Варвара, барыня – все розги ищут. Нет розог.

Тогда Мавра Ермолаевна позвала Митьку.

– Брал розги? – спрашивает.

– Нет, – говорит Митька. А сам чувствует, что краснеет.

– Врешь! – говорит барыня. – Брал. По лицу вижу, что брал. А Митька всё больше краснеет. Краснеет, но молчит. Решает:

не отдам, и всё.

Так и не нашли розог. А спрятал их Митька под барынину перину. Ну а кому могло прийти в голову такое!

Варвару и Архипа в этот день не пороли. А Митьке досталось. Надавала барыня ему тумаков и посадила в гусятник до той поры, пока не сознается.

Гуси

Страшно Митьке в гусятнике. Сидит, замер, не шелохнется. А гуси спокойно лежат на своих местах, словно бы Митьку не замечают.

Но вдруг гуси ожили. Вытянул гусак шею, зашипел: Ш-ш, ш-ш! За ним зашипели и остальные. Испугался Митька, поднялся. Тогда и гусак поднялся. А за гусаком, как по команде, все стадо. С испуга мальчик бросился к двери, забарабанил, что было сил, кулаком.

А в это время на улице как раз барыня была – уезжала в церковь.

Подошла барыня к двери, спрашивает:

– Одумался?

Не признаётся Митька, только колотит в дверь и кричит:

– Пустите! Ой, боюсь! Пустите! Ой, боюсь…

– А где розги спрятал? – спрашивает барыня.

Молчит Митька.

– Раз так, – сказала Мавра Ермолаевна, – пусть гуси тебя съедят.

Села барыня в возок и уехала. Стучит Митька в дверь. Никто не отзывается. Никого дома нет.

А гуси растопырили крылья, вытянули шеи и подходят к Митьке всё ближе и ближе…

– Кыш! – закричал Митька.

Гуси даже внимания не обращают.

– Кыш, кыш! Вот я вас! – отбивается мальчик, а у самого зуб на зуб не попадает.

А гуси в ответ шипят и тянут к нему свои страшные клювы.

Схватил тогда Митька палку и ударил по вожаку, да с такой силой, что перебил шею. Подпрыгнул гусак, перевернулся и сдох. И сразу гуси умолкли.

Перепугался Митька еще больше. Потом успокоился, прилег и заснул.

И приснился Митьке сон, что он дома. Отец что-то стругает, мать пряжу крутит. Дома тепло, хорошо.

Нашлись всё же розги! Приехала Мавра Ермолаевна из церкви, легла спать, а ей в бок что-то колет. Сунула руку под перину – розги!

Била Митьку барыня тут же, прямо в гусятнике.

Валенки

Целый день барыня Митьку то туда, то сюда…

Только и слышится:

– Митька, в погреб сбегай!

– Митька, половик стряхни!

– Митька, где ты? Ми-и-тька!

Наконец заснет. Свернется и Митька, как щенок, калачиком. Только закроет глаза, слышит:

– Митька, воды подай!

– Митька, туфли найди!

И так до утра.

Или у барыни бессонница начнется. И опять Митьке не спать. Требует барыня, чтобы Митька ей разные истории рассказывал. Уж он ей и про королевича Бову расскажет, и про Серого волка, и про господ Воротынских, и про старосту Степана Грыжу. А барыня – давай еще.

А как-то легла барыня после обеда и заставила Митьку сушить валенки.

– Да смотри, – говорит, – не спи! Валенки, они новые, далеко в печь не засовывай.

– Митька! – закричала. – Митька, чего горелым пахнет?

Прибежала Мавра Ермолаевна, смотрит: у Митьки в руках одни верха от валенок.

И снова Митьку били. Всыпала ему барыня розог и приговаривала:

– Тебе что, ночи мало? Тебе еще и днем спать, паршивец, ненасытная твоя душа!

Дорога

И стало Митьке невмочь. Забьется куда-нибудь, плачет. Родную Закопанку, отца, мать, кота Ваську вспомнит.

Тяжело Митьке…

– Дядя Архип, а Чудово отседова, видать, далеко-далеко? – спросил Митька.

– Далеко, – ответил Архип. Потом почесал свою кудлатую бороду, подумал и еще раз сказал: – Дале-ко-о!

Снова почесал Архип свою бороду, снова подумал и ответил:

Больше от него Митька ничего не узнал. Тогда он решил поговорить с Варварой.

– Село Чудово? – переспросила она. – Есть такое село. Только далёко ли оно, не ведаю. Я дале трех верст отсель не бывала. Ты спросил бы у Архипа – он человек знающий.

Понял Митька, что и от Варвары проку не будет, решил выведать про дорогу у самой Мавры Ермолаевны.

Выждал Митька, когда барыня была в добром настроении, и спросил:

– Барыня, а куда та дорога, что мимо усадьбы лугом идет?

– На мельницу, – сказала барыня.

– А та, что через мост, на тот берег реки?

Но барыня не ответила. Отвлекли Мавру Ермолаевну какие-то дела. Ушла.

Через несколько дней Митька опять к ней с тем же вопросом.

Посмотрела Мавра Ермолаевна на Митьку, потом взяла за ухо и спросила:

– Дорога? А зачем тебе знать дорогу?

Митька растерялся.

– Так я так, барыня… – начал Митька.

– Я те дам «так»! – перебила Мавра Ермолаевна. – Ты у меня смотри, опять розог захотел?.. Архип, Архип! – позвала. – Дай-ка розгу, я покажу, какая дорога куда ведет.

А через несколько дней барыня, зайдя в коровник, нашла Митькины сухари. Подивилась барыня, а потом поняла.

И снова в этот день Митьку били. Отлеживался он в баньке, стонал и всё выговаривал:

– Убегу… убегу…

Присаживалась к нему Варвара, по голове гладила.

– Ить, родненький, – говорила, – и куда ты отсель побежишь? Дороги отсель тебе нету.

Глава вторая
Даша

Граф Гущин

И вот только тогда вырастал из-за деревьев большой господский дом с шестью белыми колоннами, флигелями, барскими конюшнями, псарней и прочими дворовыми постройками. Это и было новгородское поместье графа Алексея Ильича Гущина – Барабиха. А вокруг Барабихи, не охватишь глазом, лежали графские земли. И лес, что стеной стоял на горизонте, был графский. И луг, что зеленым ковром тянулся вдоль берега реки, графский. И сёла, что раскинулись кругом, словно жуки расползлись, были графские. И люди, что жили в этих сёлах, – тоже графские. Двадцать тысяч душ крепостных имел граф Гущин. Да и имение у Гущина не одно. Были графские земли еще под Смоленском и под Орлом, а в Петербурге, на Невском проспекте, стоял высокий, с каменными львами при входе дом Гущина. Здесь-то и жил сам граф. А в Барабиху наведывался всего раз в год. Приезжал осенью или зимой. Жил несколько дней и опять уезжал в Петербург.

Все остальное время старшим в Барабихе был управляющий Франц Иоганнович Нейман. Лет десять назад, будучи послом в Пруссии, граф Гущин привез тамошнего кучера Франца Неймана с собой в Россию. Нейман был расторопен, услужлив. Граф подумал и назначил немца своим управляющим.

А тут сообщил граф своему управляющему, что приедет на Новый год. И к приезду нужно организовать театр. Граф писал, что артистов пришлет из Петербурга. А управляющему наказывал, чтобы он набрал из местных мужиков и баб людей, склонных к пению и играм на инструментах, и чтобы к его приезду был в имении свой хор и оркестр. Однако о театре и музыке немец имел понятие малое.

То-то задал граф Гущин задачу своему управляющему!

Дудка

Говорила Варвара, что не уйти Митьке от Мавры Ермолаевны. А получилось иначе. Только не так, как он сам думал.

По весне, как только появилась на лугу трава, барыня приставила Митьку к новому делу – пасти гусей.

Сделал Архип Митьке дудку. «Это, – сказал, – для каждого пастуха вещь первейшая». Варвара сшила торбу для хлеба, напутствовала: «Только смотри далеко от гусей не отходи. И упаси боже, чтоб в графские хлеба не зашли! Не ровён час, увидит сам Франца Иваныч, ужо тогда тебе будет».

А про немца Митька уже слышал, и не раз, и всё недоброе.

«Этот Франца, – говорил Архип, – скупее свет не видывал. Он лошадям и то корм сам отсыпает».

«Немец-то антихрист, – шептала Варвара. – В церковь не ходит, постов не блюдёт».

И чуть что, так пугала Митьку: «Вот барыня продаст немцу – будешь знать!»

Пасти гусей Митьке нравилось. Угонит их лугом подальше от дома, развалится на траве. Гуси ходят, траву щиплют, а Митька на дудке играет. И так наловчился, что Архип только головой качал: «Ить и здорово это у тебя получается!»

И вот однажды – дело уже летом было – угнал Митька гусей лугом почти до гущинского парка. Сел на бережку, заиграл на дудке и не заметил, как гуси зашли в графские овсы. А в это время с горки от графского имения спускался на дрожках управляющий Франц Иоганнович и увидел гусей и Митьку.

Потом нагнулся, поднял с земли дудку, покрутил в руке, усмехнулся. Порылся управляющий в кармане, достал кусок сахару, сунул Митьке, сел на коня и уехал.

Посмотрел Митька на сахар, хотел сгрызть, а потом спрятал в карман. Решил: как убежит – матери принесет гостинец. А про себя подумал: «Говорили – немец злой. Вовсе он и не злой».

Повесть «История крепостного мальчика» Алексеева была написана в 1958 году. Это рассказ о жизни и злоключениях крепостного мальчика, которому пришлось много пережить на своем веку. Даже будучи подневольным, он не давал себя в обиду и не терпел несправедливость.

Главные герои

Митя Мышкин – десятилетний крепостной мальчик, добрый, решительный, отважный, с обостренным чувством справедливости.

Другие персонажи

Мавра Ермолаевна – старая бедная помещица, которая вырвала Митьку из семьи.

Франц Иванович Нейман – управляющий графа Гущина, нового хозяина Митьки.

Даша – крепостная девочка, актриса, подруга Митьки.

Александр Васильевич Вяземский – добрый, веселый офицер, новый хозяин Митьки, проигравший мальчика в карты.

Гаврила Захарович Юсуповский – князь, генерал в отставке, человек с большими странностями, последний хозяин Митьки.

Глава 1. Барыня Мавра Ермолаевна

Митя Мышкин жил в селе Закопанка. Когда мальчику исполнилось десять лет, его отца вызвала к себе барыня. Отец вернулся угрюмый, молчаливый, и « лишь по тому, как заплакала мать, как заголосила на разные лады, понял: случилось недоброе ». Как выяснилось, барыня решила продать все семейство Мышкиных.

Торги проходили на базаре в Чудово. День близился к концу, а на закопанских мужиков спроса не было. Митя « осмелел, стал в носу ковырять: ждет, когда повезут назад в Закопанку ». Когда он уже совсем успокоился, к нему подошла старая барыня. Она « Митькины руки пощупала, в рот заглянула, за ухо подергала », и, несмотря на громкий плач, купила его за три рубля.

Новая хозяйка Митьки, Мавра Ермолаевна, была « помещицей из бедных ». У нее не было ни мужа, ни детей. Крепостных всего было две души – « кучер Архип и кухарка Варвара» . Жизнь в доме Мавры Ермолаевны была очень скучной, тоскливой. По субботам была баня, а затем « начиналось главное – барыня порола своих крепостных ». Архипу полагалось двадцать ударов, а Варваре, как женщине – десять. Так было заведено очень давно, чтобы крепостные « помнили свое место, чтобы барыню уважали ». После субботней порки « все ехали в церковь, к вечерне, молиться ».

Митька никак не понимал, для чего нужно пороть человека понапрасну. Ему стало « жалко и себя, и Варвару, и дядю Архипа ». Перед следующей поркой Митька спрятал розги в барскую перину. Разгневанная барыня посадила мальчика в гусятню. Митька испугался злого гусака, ударил его палкой и сломал шею. Когда розги нашлись, Мавра Ермолаевна долго и больно порола провинившегося мальчика.

Глава 2. Даша

По соседству с усадьбой Мавры Ермолаевны располагалось поместье графа Гущина. Владелец усадьбы появлялся там только на Новый год, с гостями, и устраивал шумные забавы. В этот раз граф написал своему управляющему, немцу Францу Ивановичу Нейману, чтобы тот собрал перед его приездом хор и оркестр из местных крепостных.

Однажды Франц услышал, как ловко Митя играл на дудочке, когда пас гусей. Немец долго торговался с барыней и, наконец, « выменял Митьку на два мешка овса и старую графскую перину ». Поселился мальчик к доброй тетке Агафье, и злобной девке Палашке, которая обо всем доносила немцу.

Осенью приехала труппа крепостных артистов. Митька сразу подружился с юной артисткой, девочкой Дашей, родителей которой также продали. Но даже дружба с Дашей не остановила Митю от побега, и он « стал собирать сухари на дорогу ». Мальчику не удалось уйти далеко – его поймали и пороли розгами. Митя отходил после порки на псарне у Федора, который к нему очень привязался.

В день генеральной репетиции Митька тайком пробрался в зал взглянуть на Дашу. Девочка танцевала в легком одеянии бабочки. Неожиданно она упала, и разгневанный Франц замахнулся на нее палкой. Дети выбежали на улицу, где « трещал мороз и дул пронизывающий декабрьский ветер ». В новогоднюю ночь Даша умерла от воспаления легких.

Дождавшись, пока все уснут, Митя запер дверь дома управляющего, и поджег его. Крепостные хотели спасти немца, но Федор никого не подпускал. Франц сгорел, и той же ночью Митя сбежал из усадьбы.

Глава 3. Гвардейский поручик

Митька выбрался на большую дорогу, где его, едва живого, подобрал молодой гвардейский офицер. Он пожалел беглого мальчонку, и оставил у себя. Так Митя стал жить « в самом Питере на Невском проспекте, у поручика лейб-гвардии императорского полка Александра Васильевича Вяземского ». Новый хозяин оказался веселым, добрым человеком, и мальчик изо всех сил старался ему угодить.

Однажды Вяземский участвовал в дуэли, за что его понизили в звании и отправили на войну. Он взял с собой Митьку. Во время штурма Измаила мальчик заметил, как его любимого хозяина ранили. Он кинулся в самую гущу сражения, и перетащил барина в безопасное место. Об это узнал сам Суворов, и наградил мальчика медалью « за подвиг, подражания достойный, за спасение жизни российского офицера ». Вяземский с Митькой вернулись в Питер. Во время азартной карточной игры барин проиграл своего верного Митьку. Узнав об этом, мальчик сбежал.

Глава 4. Добрый барин

Случайно Митя узнал, что его родителей продали князю Юсуповскому. Во время сражения генерал Гаврила Захарович получил тяжелое ранение в голову, и вышел в отставку. Это был добрый человек, но иногда у него случались странные приступы – « забываться стал временами, на себя всякое наговаривал ». Узнав о Митькиных подвигах, он пообещал выкупить мальчика у графа Гущина.

Митя развлекал генерала: играл с ним в карты, представлял императрицу Екатерину Великую, участвовал в военной муштре. Он терпел все странности князя, которые с каждым днем только усиливались.

Случайно на базаре Митька встретил тетку Агафью, и проговорился, что это он поджег дом управляющего. К тому времени он уже год жил у князя Юсуповского, но тот его еще не выкупил. Когда граф Гущин узнал, кто был истинным виновником поджога, он отправил солдата арестовать Митьку. Увидев его, « выпрыгнул Митька на улицу, прямо во двор, как раз к самым дрожкам », и в очередной раз сбежал от страшной участи.

Заключение

В произведении Алексеева описывается незавидная доля крепостных, которые, словно вещи, принадлежали своих хозяевам. Однако Митька не мог выносить подобной жизни, и, по мере своих сил, сопротивлялся этой жестокой несправедливости.

После ознакомления с кратким пересказом «История крепостного мальчика» рекомендуем прочесть произведение в полной версии.